Сэмюэль Дилэни - Вавилон - 17 [Вавилон - 17. Нова. Падение башен]

Ознакомительный фрагмент

Они перешли в следующую комнату.

— Структура любого предмета может быть кодифицирована на молекулярном уровне. В поляризованном состоянии каждая молекула вещества движется свободно. Дайте толчок, и она займет новое положение, образуя нужную структуру. — Барон оглянулся на витрину. — Очень просто. Там… — махнул он рукой в сторону шкафов вдоль стен — вот там настоящее оружие: примерно три тысячи систем, в которые может воплотиться вот этот обломок металла. Оружие — это знание того, что можно сделать. В рукопашной ванадиевая проволока шести дюймов длины может стать смертоносным оружием. И той же самой проволокой можно закоротить коммуникационный прибор типа 27-ОХ, который обычно используется на кораблях Захватчиков.

Ридра почувствовала, как мускулы ее напряглись. Отвращение, подавляемое до сих пор, вырывалось наружу.

— Это помещение предназначено для Борджиа — так прозвали отдел токсикологии. Здесь есть ужасные вещи. — Он взял со стеллажа закрытый стеклянный сосуд. — Чистый токсин дифтерии. Здесь его достаточно, чтобы заразить целый город.

— Но стандартная процедура вакцинации… — начала Ридра.

— Токсин дифтерии, моя дорогая. Токсин! В прошлом, когда инфекционные болезни были проблемой, даже при пристальном осмотре жертв дифтерии ничего не обнаруживали, кроме нескольких сотен тысяч бацилл, все они были в горле жертвы. Любая из этих разновидностей бацилл могла в худшем случае вызвать лишь кашель. Потребовались годы, чтобы объяснить происходящее. Крошечные бациллы производили еще более крошечный продукт — самое смертоносное вещество из всех, какие нам известны. Количество, необходимое для того, чтобы убить человека, практически неопределимо… Цианид — старый боевой конь, — указал он на другую бутылку. — Чувствуете запах миндаля? Кстати, если вы голодны, можем приняться за коктейли…

Она быстро и резко покачала головой.

— А вот здесь деликатесы, — указал барон на другие сосуды. — Получены путем катализа. Цветослепота, полная слепота, тоновая глухота, полная глухота, атаксия, амнезия, и так далее, и тому подобное. — Закончив перечислять, он опустил руку и улыбнулся, как голодный грызун. — И все они здесь под контролем… Видите ли, проблема заключается в том, чтобы любое из этих веществ применять в достаточно большом количестве… Любое из этих веществ вы можете пить стаканами, и никакого вреда не будет, — барон поднял сосуд и нажал на кнопку на его торце. Послышался слабый свист. — Пока это всего лишь безопасный стероид.

— Но он активирует яды, которые производят… нужный эффект.

— Точно, — улыбнулся барон. — А катализатор добавляется в таких же микроскопических дозах, как токсин дифтерии. Содержимое голубого сосуда принесет вам боль в животе и легкую головную боль на полчаса. Больше ничего. Зеленый сосуд — общая церебральная атрофия на неделю. Потом на всю оставшуюся часть жизни жертва становится живым растением. Пурпуровый — смерть, — барон рассмеялся. — Я проголодался. Не хотите ли пообедать?

«Спроси его, что в следующей комнате», — сказала она себе, но эта мысль прозвучала на языке басков — сигнал от невидимых, Лишенных Тела охранников.

— Когда я была ребенком, барон, — Ридра двинулась к двери, — вскоре после возвращения на Землю меня взяли в цирк. Впервые я увидела рядом с собой столько удивительного. После окончания представления я целый час не хотела уходить домой! А что у вас в той комнате?

Удивленное движение лицевых мускулов.

— Покажите.

Он в знак согласия наклонил голову насмешливо-вежливо.

— Современная война ведется на самых разных уровнях, — продолжал он, как будто не было никакого перерыва. — Кто-то выигрывал войну, изготовляя достаточное количество мушкетонов и боевых топоров, как вы видели в первой комнате, или правильно Действуя шестидюймовой ванадиевой проволокой в коммуникационном приборе 27-ОХ. Впрочем, рукопашные теперь практически не встречаются. Оружие, системы выживания плюс тренировка, помещение — активная деятельность космонавта в течение двух лет обходится в три тысячи кредитов. Стоимость гарнизона в полторы тысячи человек — четыре миллиона. Этот самый гарнизон может жить и летать в трех боевых кораблях гиперстасиса, которые, полностью оборудованные, обходятся по полтора миллиона кредитов каждый — всего получается свыше девяти миллионов. Мы затратили около одного миллиона на подготовку единственного шпиона-диверсанта. Это много дороже, чем обычно. А шестидюймовая ванадиевая проволока стоит треть цента… Война обходится дорого. И хотя на это потребовалось время, штаб-квартира Администрации Союза начала понимать необходимость таких коварных расходов. Таким образом, мисс… капитан Вонг…

Они опять были в комнате с единственной витриной, на этот раз семи футов высотой.

— «Статуя, — подумала Ридра. — Нет, настоящая плоть, со всеми деталями мускулатуры и суставов. Нет, все же это статуя — человеческое тело, мертвое или с приостановленной жизнью, так не выглядит».

— Вы видите образец совершенного шпиона. — Хотя дверь открывалась автоматически, барон придерживал ее с устаревшей вежливостью. — Это одна из наших наиболее дорогостоящих моделей. Стоит более миллиона. С некоторыми небольшими видоизменениями может стать частью нашего арсенала.

— Модель шпиона? — спросила Ридра. — Это робот или андроид?

— Вовсе нет. — Они подошли к витрине. — Мы произвели с полдюжины ТВ-55. Это потребовало очень точной работы генераторов… Медицина достигла такого развития, что все умственно безнадежные остаются жить и производят потомство — ограниченные существа, которые не выжили бы сто пятьдесят лет тому назад. Мы тщательно подбираем родителей и затем при помощи искусственного осеменения получаем полдюжины зигот — три мужских и три женских. Выращиваем их в полностью контролируемом питательном окружении, ускоряя их рост при помощи гормонов и тому подобных средств. Их внешняя красота — результат экспериментального подбора. Великолепные создания, вы даже не представляете себе, на что они способны.

— Я однажды провела лето на ферме, — коротко сказала Ридра.

Кивок барона был резок.

— Мы и раньше использовали экспериментальную настройку мозга, поэтому знали, что получим. Но нам никогда не приходилось полностью воспроизводить жизнь, скажем, шестнадцатилетнего человека. Шестнадцать — это физиологический возраст, к которому мы приводим их за шесть месяцев. Посмотрите сами, какой великолепный образец. Рефлексы на пятьдесят процентов выше, чем у обычного человека его возраста. Мускулатура восхитительна: после трехдневной голодовки он может поднять полуторатонный автомобиль. Подумайте, какое биологически совершенное тело! Оно использует до девяноста процентов физической силы.